Эгон осторожно потянул хромированную ручку на себя и дверца автомобиля с тихим уютным «клатц» открылась, приглашая внутрь. Она была ярко-фисташкового цвета, как и весь этот чудесный автомобиль. Эгон погладил фигурку изогнувшего чешуйчатую шею дракона на капоте и сел на кожаное сиденье. Перед ним была приборная панель из дерева «павлиний глаз». Обводы ее были инкрустированы желтоватой слоновой костью. Стрелки приборов слегка фосфоресцировали зеленым. «Хотите прокатиться?» - спросил продавец, добродушный толстяк в мятом сером костюме. Эгон кивнул. Пока толстяк ходил в контору за ключами, Эгон погладил слоновую кость, ощущая тщательно отполированные округлости и несколько раз глубоко вздохнул — терпко пахло новехонькой кожей, обработанным металлом и машинной смазкой. Наконец продавец протянул три латунных ключа на связке и Эгон завел мотор. Послышалось ровное гудение, будто кто-то потревожил гнездо шмелей . Звук мотора был восхитителен. Он ровно был таким, каким и должен быть. Эгон осторожно тронулся с места, машина шла мягко, будто снизу ее осторожно поддерживала невидимая рука. В повороты входила плавно и на ходу скорее напоминала катер на ровной поверхности озера, нежели мощное авто на городской улице. Прохожие оглядывались вслед ему, придерживая руками шляпы — настолько сильной была струя воздуха за автомобилем. Эгон свернул на главную улицу, проехал мимо почты, ратуши, школы, дважды нажал на гуттаперчевую грушу гудка и бронзовый раструб оглушил двух замешкавшихся посреди улицы длинноногих старшеклассниц в коротеньких юбочках. Смеясь, они припустились со всех ног на тротуар. Усатый регулировщик на перекрестке отдал Эгону честь. Дальше пошел пригород, утопающий в цветах бугенвиллии с тенистыми двориками и уютными домиками, чьи белые стены были увиты виноградом и плющом. Вырвавшись за город, Эгон прибавил ход — мотора уже не было слышно, сквозь открытое окно ветер пытался сорвать клетчатую кепку водителя и отчаявшись, растрепал выбивавшиеся из-под нее волосы. Неожиданно в лобовое стекло что-то ударилось, оставив темное пятно. Эгон резко ударил по тормозам. Раздался визг и автомобиль занесло на обочину. Хлопнув дверцей, Эгон вышел. На асфальте лежал окровавленный комочек перьев — ласточка. Эгон осторожно взял ее в ладони и перенес в высокую траву. Ночью кошки позаботятся о ней. Ветошью, найденной в бардачке, тщательно протер стекло. Трещин не было, несчастная птица была слишком мала.
Обратно Эгон ехал медленно и очень осторожно. Отдавая ключи торговцу, сказал — «Не сегодня, может быть в другой раз». И ушел, даже не оглянувшись на восхитительную машину ярко-фисташкового цвета. Остывающий мотор издал глуховатый разочарованный вздох. Автомобиль остался терпеливо ожидать следующего пассажира.